markГерман Арутюнов

официальный сайт писателя

Что такое часослов?

Сейчас многие на этот вопрос и не ответят. В некоторых словарях еще можно прочитать, что это – богослужебная книга (книга часов), в которой содержатся тексты неизменяемых молитв и песнопений, принадлежащих к суточному богослужебному кругу (часы, вечерня, утреня, полунощница и так далее), а также тексты часто употребляемых изменяемых молитв. Между тем в Средние века, Часослов был широко распространенной, мало того - самой ценной и самой дорогой книгой вообще. Если не сказать больше: Часослов был самой большой ценностью, самым ценным имуществом того времени.

В конце XIV века один из французских властителей герцог Беррийский считал свой родовой Часослов своим самым главным сокровищем, дороже замков, пастбищ, охотничьих угодий, дороже золота, редчайших щпалер и драгоценных камней. Да и многие другие правители, герцоги и короли ценили свои Часословы превыше всех остальных своих ценностей. Потому что, если материально мы собираем наши сокровища в шкатулку, то духовные сокровища люди раньше собирали в часословы.

Часослов до сих пор остается самой дорогой книгой на земле. В январе 2014 года на аукционе в Лондоне часослов Ротшильда XV века был продан за 13,6 миллиона фунтов стерлингов (почти миллиард рублей).

Часослов Ротшильда

017

В 2000 году, только за один лист с миниатюрами из Турино-миланского часослова американский музей Пола Гетти заплатил частному бельгийскому коллекционеру миллион долларов США (а всего в этом часослове 126 листов). Впрочем, и 500 лет назад, в Средние века и в эпоху Возрождения каждый часослов стоил целое состояние, такое же, как, скажем, как фамильный замок со всеми прилегающими землями и всем имуществом…

Конечно, дороги были материалы и работа.

Это пергаментные страницы из очень дорогой, тончайшей и тщательно отделанной телячьей кожи в роскошном переплете, украшенным золотом и драгоценными камнями.

Это ценный, как и все написанное от руки до эпохи книгопечатанья, старинный каллиграфический текст с причудливыми литерами и крошечными реальными и совершенно фантастическими рисунками.

Это картины-миниатюры выдающихся художников прошлого, такие искусные, что каждая сейчас может цениться как шедевр живописи Средневековья и Возрождения, заключенный в раму и украшающий стену какого-нибудь музея. Не случайно форма многих миниатюр часослова с полукруглым или прямоугольным навершием, с полуциркульным закруглением вверху напоминает форму ранних живописных алтарей. 

2.Разворот Часослова герцога Беррийского к стр.25Каждая миниатюра заключалась в раму в виде причудливой листвы, типичным для XIV века декором. Как правило, все они писались на религиозные вечные темы, например, «Благовещенье», «Бегство в Египет», «Тайная вечеря», «Возвращение блудного сына» и так далее. То есть часослов был помимо всего прочего своего рода миниатюрной мировой картинной галереей, которую можно положить в карман и возить с собой хоть по всему миру.

Это поля на страницах часослова, которые украшались фигурами ангелов, самым разным орнаментом (в зависимости от культуры и традиций страны, вкуса владельца и стиля художника), изображением диковинных животных и птиц.

Это зафиксированные на страницах Часослова материальные владения и ценности хозяина книги, его значительные практические деяния, история его рода. Например, в часослов Бедфорда (герцога Ланкастерского, графа Бедфорда, регента Франции в 1422 году), включена легенда о появлении геральдической линии французских королей, начиная с Клотильды и Хлодвига.

Это портреты хозяина Часослова, его семьи, родственников и современников в лучших одеждах и украшениях того времени.

Это герб хозяина на протяжении всего часослова – например герб герцога Беррийского (три золотые лилии на щите с синим полем, окаймленным красной полосой) то и дело встречается на страницах его часослова отдельным изображением или вплетенным в орнамент вокруг миниатюры, неустанно напоминая о владельце и заказчике книги. Мы видим его резиденцию Бурж, дворец в Париже, Венсеннский замок, где герцог появился на свет и где хранил свои художественные коллекции. Такой настойчивый акцент на личности, особенностях индивидуальной биографии, безусловно, примета новых веяний в жизни и искусстве, предвосхищающая ренессансный индивидуализм следующего столетия.

Но помимо всего, связанного с хозяином книги и его родом и семьей, это и перечень самых выдающихся событий за всю историю человечества, отобранных временем. И это сборник мудрых мыслей, собранных великими мудрецами древности. То есть это просто мудрая книга и уже только потому невероятно ценная. Ведь пятьсот лет назад не было ни справочников, ни словарей, ни тем более Интернета.

3.Часослов Этьена Шевалье.Поклонение волхвов к стр.55А кроме этого каждая страница часослова помимо внешнего смысла несла в себе и какой-то тайный, который хотел вложить художник. В Средние века любая картина была символической, то есть художники зашифровывали в изображения растений, плодов, птиц, животных разные вечные истины, которые читатели, знающие этот символический язык, легко разгадывали. Для непосвященного читателя загадки оставались неразгаданными. Но это еще больше подогревало интерес к часослову.

Есть и тайная энергетическая основа ценности Часослова, его невидимая харизма. В нем жизнь человека привязывается ко времени, к разным историческим событиям в жизни рода, так что они, эти события, выстраиваются в одну видимую линию, и все прошедшее время становится одномоментно зримым! И наше движение по жизни тогда можно соотнести с воображаемым циферблатом, на котором каждое деление – событие жизни хозяина книги, его семьи, рода. И в этом смысле Часослов - это своего рода книга-икона, в которой не повседневные, а значительные события жизни и деяния одного человека оказываются выстроенными в ряд и предстают одновременно, как на иконе из серии «Жития святых». Это духовный дом души. А, поскольку душе не тесно, когда кто-то рядом, то живут в этом доме все наши предки. Это и река времени, в которую можно входить и дважды, и трижды, и четырежды, столько, сколько позволит сам часослов. А это зависит от нашего настроя, от душевной потребности, от причины, из-за которой мы открываем эту необыкновенную книгу.

Но, открывая Часослов, владелец сразу оказывался как бы на холме, с которого видна не только его собственная жизнь, но и жизнь его рода, его предков, все их ценности, все высоты, ими достигнутые. Это высокий настрой, ниже которого стыдно опускаться. Отсюда такие понятия, как родовая и рыцарская честь.

Часослов это еще и книга-путеводитель по жизни, причем, не только по теперешней, той, которой живешь, но и будущей. Потому что события, картины, факты, слова в часослове входят в наше сознание и выстраивают нашу дорогу в будущее как вехи вдоль пути, глубинно, на уровне подсознания, подсказывают, чем заниматься, что делать, куда двигаться. Потому что каждый человек в череде наших предков и близких не случаен, и часть нас самих. Как и мы сами, когда умрем. станем частью всех наших предков и наших будущих потомков. Просто в толще жизни все это растворено и размыто, а в часослове выделено и выстроено в ряд, так что становится заметным…

Такова эта книга. Не хочешь – не настраивайся. Но тогда и не войдешь в реку времени, в родовую реку. Вот и не открывали часослов по пустякам. Он всегда ждал своего часа, когда хозяину нужно было подняться над суетой повседневной жизни.

Первые Часословы или, как их еще называют, книги часов, появились в Западной Европе в XIII-м (как раз время строительства нашего Георгиевского собора в Юрьеве-Польском – каменном часослове Средневековья) , а распространение получили в эпоху Возрождения, в XV веке, в связи с интересом к человеку, его личной жизни, с изобретением книгопечатания и ростом грамотности. Хотя праобразы часословов уже можно увидеть в древнеегипетской Книге мертвых, созданной пять тысяч лет назад, в которой человек, проходя во времени разные уровни, на каждом должен был держать ответ перед Богами, то есть быть соответственно подготовлен, настроен.

Недаром создание часослова сравнивают порой со  строительством  собора – это многолетний труд с участием самых разных специалистов: кожевников, переписчиков,живописцев, ювелиров, переплетчиков и так далее.

Зато и получался такой же настоящий шедевр, как и собор, произведение высокого искусства, сохраняющее свою ценность на протяжении веков.Впрочем, и соборы можно назвать каменными часословами, потому что они тоже настраивали на высокое, но и требовали особого настроя.

Составлялись часословы примерно по одной и той же схеме - начинались с годового календаря, который обычно сопровождался изображениями трудов и развлечений в различные времена года и знаками зодиака, астрологическими вехами времени. Затем следовали извлечения из Евангелий, молитвы, приуроченные к определенному часу (название церковной службы), отсюда и наименование - часослов.

В строгий католический часослов для церковных богослужений обязательно входили Малая служба Девы Марии (молитвы в ее честь), Часы Распятия Христа, Часы Святого Духа, Часы Страстей, семь покаянных псалмов, молитвы отдельным святым. В Часы Девы Марии обычно включали миниатюры ее жития (на Руси — Богородичный цикл) в следующем порядке: Благовещение, встреча Марии и Елизаветы, Рождество Христово, Поклонение волхвов, Введение во храм Девы Марии, Бегство в Египет, Успение. Но в частном домашнем часослове все молитвы включались в эту книгу по выбору хозяина.

У нас на Руси каменные храмы с резьбой и изображениями людей и животных – это тоже своего рода каменные часословы, которые люди читали, как книги. Такой «каменной книгой» можно считать единственный дошедший до нас каменный часослов - Георгиевский храм 13 века в Юрьеве-Польском (Владимирская область). С этой точки зрения его никто еще не изучал, но при изучении мы с изумлением и восхищением начнем открывать для себя, как, в какой последовательности украшались каменные страницы таких храмов картинами и словами из Библии и других великих книг.

В часослове можно было встретить сведения и советы практического характера по астрономии, астрологии, медицине, что делало его своеобразной домашней энциклопедией.

Кто-то сейчас, начиная важный для себя день, обращается к астрологам, стараясь следовать тому, чему благоприятствует сочетание звезд на небе, и наоборот, избегать того, чему их сочетание не сопутствует. Кто-то, имея опыт занятий йоги, проводит медитации – то есть своеобразный настрой на день, концентрируясь на важном. Между тем как такая настройка была на Руси с древнейших времен без всякой астрологии и йоги в виде часословов или их сокращенных вариантов часовников.

В церкви эти книги употреблялись каждодневно, как повседневная рабочая книга, наиболее распространенная, содержащая тексты основных постоянных молитв (настроек) суточного богослужебного круга, а также тексты из наиболее употребляемых, всевозможные молитвы и святцы (месяцеслов) с перечислением святых, память которых церковь отмечала в течение всего года, с текстами песнопений, посвящённых этим святым.

Отсюда сравнительная редкость (мало что дошло до нас) древних часословов по сравнению с другими богослужебными книгами – они быстро изнашивались и заменялись новыми. Редки даже печатные Часословы и Часовники, не говоря уже о рукописных.

Вот несколько названий известных европейских часословов знатных особ,

дошедших до наших дней…Каждый представлял собой книгу мудрости, своего рода энциклопедию самых разных знаний…

Часослов Алвару да Кошту

Часослов Анны Бретанской

Часослов Бофор

Часослов Брежилль

Часослов Гастингса

Часослов Генриха Восьмого

Часослов Герарда Хоренбоута

Часослов де Круа-Аренберг

Часослов Жана Бурдишона

Часослов Жана Дюнуа

Часослов Жана Лаллемана Старшего

Часослов Жанны Болланжье

Часослов Изабеллы Кастильской

Часослов королевы Елизаветы

Часослов лорда Уильяма Гастингса

Часослов Марии Бургундской

Часослов мастера Гуго Янсена ван Вердена

Часослов мастера Фастольфа

Часослов Джованни Пьетро Бираго

Часослов Рене Анжуйского

Часослов Салюс

Часослов Симона Де Варье

Часослов Филиппа Бургундского

Часослов Филиппа Клевского

Часослов как восточная медитация, настраивал на светлое и высокое, собранные в нем молитвы, связанные с датами месяца и со святыми, сильными именно в этот период, помогали таким образом настроиться.

К сожалению, сейчас таких календарей-часословов практически нет. А то, что их подменяет дома, в семье, это как правило, альбомы с красивыми фотографиями. Но фотографии лишь отчасти передают время, в отличие от картин художника, который может соединять на картине разные времена, вытаскивать из каждого времени все лучшее, отобранное веками, как ювелир собирает лучшие драгоценные камни в течение многих лет.

Может быть, именно сейчас пришло время возрождения часословов, этих духовных книг – время их возвращения в жизнь. Возможно, когда это произойдет, и эти книги станут настольными в каждой семье, на художников посыпятся заказы состоятельных людей на именной часослов собственной семьи, как это было в Европе в Средние века и в эпоху Возрождения. Жаль, что не дошли до нас часословы многих знатных семей, таких. например, как Сфорца, Борджиа, Ардольфини, Веспуччи, родовые книги, в которых наверняка, как в часослове герцога Беррийского, изображалось все, что было связано с родом, с его историей: сам знатный человек, его семья, родственники, дома (замки), угодья, дворовые…Пиры, на которые к нему приезжают такие же знатные люди…Не дрязги, быт, мелочи, а самое значительное, как в Житии святого.

4.Часы в Праге.Круг жизни циферблат часов к стр.63То есть художник, создавая такой именной часослов, выносил на поверхность все ценности жизни человека и его семьи и закреплял их на века, облагораживая цветом и объемом. Ведь обычно ценности жизни каждого из нас, они не видны, кроме видимого конечного материального результата: имущества, титула или званий. А что стоит за всем этим, какие важные шаги были сделаны в жизни, кто это знает, разве что самые близкие… Мы сами не имеем привычки осмысливать свой жизненный путь, расставляя самые важные свои вехи на дороге жизни...

Каждый художник и вообще каждый творческий человек мог бы иметь свой часослов, в котором, как в иконе, могла бы быть отражена вся его жизнь, самые важные вехи. Сделав хоть что-то значительное в своей творческой жизни, он уже сам может нарисовать свой часослов подобно житию святого (центральный портрет, а вокруг картинки-эпизоды). Да и любому значительному человеку неплохо было бы иметь такой часослов, а то уходят, ничего не оставляя после себя...Имущество, какие-то материальные ценности – да, остаются. А вот духовное… Еще древнегреческий математик Архимед говорил: «Дайте мне точку опоры, и я переверну земной шар!». В юности, да и потом всю жизнь нам нужны эти точки опоры. Часослов расставляет эти точки и они становятся вехами нашего сознания.

Часослов, как вера в Бога (то есть во все светлое, доброе и хорошее), мобилизует в человеке все высшие центры, протягивает нити к вехам родового пути, нацеливает на высшую точку в родовом пути, настраивает на высокие благие цели каждый день. Это очень важно для любого человека, особенно для молодежи, начинающей жизнь и зачастую не имеющей ориентиров. А здесь обозначались вехи вдоль жизненного пути рода, семьи. И это так или иначе наводило на мысли о собственном предназначении.

Если часослов столь ценен, то куда он делся, почему исчез из нашей частной жизни и остался только в храмах как богослужебная книга? Почему она так высоко ценится до сих пор, когда часословов уже нет ни на прилавках магазинов, ни на книжных ярмарках, ни на выставках. Частные фамильные Часословы сохранились разве в частных коллекциях…

О том, каким великолепным может быть домашний часослов, видно на примере дошедшего до нас великолепного (его еще называют роскошным) часослова герцога Беррийского. Сейчас он общепризнанно считается лучшим манускриптом Средневековья.

Какое отношение часослов имеет к нашей сегодняшней жизни, если сейчас часословы используются только в храмах и исключительно для богослужения? Может ли он представлять интерес сейчас не только для какого-нибудь богатого коллекционера, но и для простого человека, для каждого из нас?

Не только может, но и будет. Думаю, со временем эта книга станет настольной в каждой семье. Потому что Часослов приоткрывает тайну времени и вплетает нас в его канву. Каким образом? Об этом вы узнаете, открыв и перелистав «Часослов бытия».